Оригами № 1 (5) 1997

 

 

 

Семейная витрина. Бумажные птички,

сделанные Л. Н. Толстым для детей В.Д. Поленова.

Оригами для педагогов

 

Толстой и оригами

Толстой и оригами. Как странно это звучит! Японское ис­кусство оригами, о котором по су­ществу в России узнали всего несколько лет назад, да и то в кругу любителей энтузиастов. И Тол­стой, оценивающий это искусство ровно сто лет назад...

Недалеко от Тулы сохранилась усадьба известного русского художника Василия Поленова. Те­перь это му­зей. А в этом музее под стеклом хранятся несколько бумажных птичек. Как они туда по­пали?

 

 

Сто лет назад семья Поленовых ехала на поезде в Москву. Случайно, в этом же вагоне оказался Лев Николаевич Толстой.

Вот как эту встречу описал в тот же день десятилетний сын художника Дмитрий Поленов [1]:

«…это был Лев Николаевич и Марья Львовна. Он [Толстой] сказал: «Какая весёлая компа­ния!». Тогда мама сказала: «Граф, отец этих детей знаком Вам». Он спросил: «Кто же?». Мама сказала: «Поленов». Он сказал: «Очень рад. Я Вам покажу свой талант». Он взял бумагу и стал делать что-то. Он сделал птицу, которую дёргают за хвост и она машет крыльями...».

В том же 1896 году Толстой в своей очень известной статье «Что такое ис­кусство» неожи­данно обращается к искусству оригами (термин оригами в то время ещё не получил у нас рас­пространения)[2].

«Нынешней зимой одна дама на­учила меня делать из бумаги, склады­вая и выворачивая её известным обра­зом, петушков, которые, когда их дёр­гаешь за хвост, махают крыльями. Вы­думка эта от Японии. Я много раз де­лал этих петушков детям, и не только дети, но всегда все присутствующие большие, не знавшие этих петушков, и господа, и прислуга развеселялись и сближались от этих петушков, все улы­бались и радовались: как похоже на птицу эти петушки махают крыльями.

Тот, кто выдумал этого петушка, от души радовался, что ему так удалось сделать подо­бие птицы, и чувство это передаётся, и потому, как ни странно сказать, произведение такого петушка есть настоящее искусство. Не могу не заметить при этом, что это един­ственное новое произведение в области бумажных петушков (cocottes), которое я узнал за 60 лет. Поэм же, ро­манов и музыкальных пьес я за это время узнал сотни, если не тысячи. Мне ска­жут, что это произошло от того, что петушки не важны, а поэмы и симфо­нии важны. А я думаю, напротив, петушки содействуют развитию и радости многих детей, поэмы и картины ни на что не были нужны. Если так долго не было ничего в области петушков, то я думаю, что это произошло ско­рее оттого, что написать поэму, картину, симфонию гораздо легче, чем выду­мать нового петуш­ка.

И как ни странно это сказать, про­изведение такого петушка есть хоро­шее искусство. То же напряжённое со­стояние с разными воспоминаниями о суждениях других людей, которое испытывают люди, сидя на диванчике перед Сикстинской мадонной, не име­ет ничего общего с эстетическим чув­ством».

Основные идеи этой статьи звучат весьма парадоксально. Толстой бро­сает вызов всей концепции понятия «искусство», обличает искусство Шек­спира, Вагнера, искусство сцены... И он противопоставляет им скромное ру­кодельное искусство складывания «птичек из бумаги». И это при том, что для него это искусство, по-видимому, ограничивалось лишь птичками — японскими журавликами. Для нас здесь существенно не это противопос­тавление и не его общие парадоксаль­ные размышления по поводу искусст­ва.

Удивительна его интуиция, способ­ность взглянуть на оригами как на на­стоящее искусство. И, что особенно важно, предвосхитить его роль и зна­чение для воспитания и развития ре­бёнка. Как жаль, что на эти его слова тогда никто всерьёз не обратил внима­ния. Ещё один пример «опережающей роли» великих мыслителей в борьбе идей.

 

М. ЛИТВИНОВ,

С. МАМИН.

1. Ф.Д. Поленов. «У подножия радуги». Москва, 1987г.

2. Это отрывок из первой редакции статьи «Что такое искусство».

(Л. Толстой, ПСС, т. 30, Москва, 1951 г.).

 

 

 

⇨:  Фокусник из Ройтлингена

:  Служба спасения 901

⇧ (Оглавление № 5)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 



Hosted by uCoz